Вечер с И.А.Кирилловой профессором Кембриджа (презентация книги)

3
352

 

По инициативе редакции интернет-журнала «Я эмигрантка» и при поддержке представительства Россотрудничества в Лондоне, 21 декабря  в русском культурном центре состоялась творческая встреча с кембриджским профессором И.А.Кирилловой «Встречи старого эмигранта с замечательными русскими людьми!»

Вечер начался с презентации книги  Ирины Арсеньевны Кирилловой «Встречи. Замечательные русские люди в России и эмиграции».

Ирина Арсеньевна Кириллова профессор русского языка и литературы Кембриджского университета, член попечительского совета «Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы имени М.И.Рудомино»,  почетный профессор  «Кемеровского государственного  института  культуры», дочь «белого» офицера, потомок первой волны эмиграции из России. В своей книге воспоминаний Ирина Арсеньевна рассказывает о своих близких, вынужденных уехать после революции в эмиграцию, об их любви к России, русской культуре, истории, которую они передали детям.

Во второй части встречи все приглашенные  присоединились  к открытой дискуссии, что позволило , задать важные, обменяться мнениями, вопросы и получить неподдельный заряд эмоций от общения с выдающейся женщиной — нашей современницей, по-настоящему любящей Россию всем сердцем.

Отрывок из предисловия к книге И.А. Кириловой «Встречи. Замечательные русские люди в России и эмиграции»:

«…Я принадлежу ко второму поколению старой эмиграции, то есть к поколению людей, которые родились в самых разных странах, куда забросало русских, вынужденных бежать от ужасов и жестокости революции 1917 года и Гражданской Войны. Страшный русский бунт беспощаден, и от него стремились спастись представители всех социальных слоёв и профессий старого русского общества: военные, от генералов до рядовых, политики, дипломаты, купцы ставшие финансистами и меценатами, писатели, мыслители, художники и множество простых людей, не нашедших себе места в новой советской России.

Моё поколение росло на том, что оно унаследовало от родителей, что те вынесли из потерянной родины и бывшей жизни. Я знала Россию моих родителей как чудесный, таинственный сон, не менее яркий и чёткий, чем сменяющая его дневная реальность…

Мы с братом воспитывались в тех нравственных правилах и культурных традициях, которыми жила дореволюционная русская военная интеллигенция. Для нас были священны понятия чести, верности, ответственности и уважения к другому. Воспитанность, хорошие манеры считались не ностальгической, устарелой привычкой, а нормой человеческого общения. Наш первый родной язык был русский, и когда я, а потом брат пошли в школу, родители очень следили за тем, чтобы мы даже в своих играх не смешивали языки и продолжали между собой общаться на русском. К тому времени, когда нужно было заговорить на других языках, в школе (в лондонском французском лицее) — по-французски, с окружающими — по-английски, мы уже оба уверенно владели родным языком. Мы и читать учились по-русски, сначала на народных сказках, а потом, наряду с английской и французской литературой, мы прочитали в основном и всю русскую классическую литературу XIX века. В пятнадцать шестнадцать лет, я настолько увлеклась романами Достоевского, что решила, что в них есть всё! Ни один писатель большего сказать не может. Можно больше не читать! На склоне лет могу сказать, что за всю жизнь я не читала ничего, чего уже не узнала у Достоевского.

Несколько лет назад, я была тронута присуждением мне ордена Федора Первопечатника «За сохранение русского языка и письменности». Мне было очень дорого признание в России наших забот о сохранении красоты и чистоты русского языка.

К тому времени, как мы с братом поступили в старинный Оксфордский университет, мы твёрдо знали, что, хотя являемся гражданами Великобритании, останемся русскими по крови и национальности, и наш долг — не только хранить переданные нам язык, веру, культуру, но открывать их тем, среди кого мы живём. Это определяло наше осознание того, кем мы являемся и чему должны себя посвятить. И брат, и я закончили филологический факультет (отделение русской и французской литературы) и оба стали профессорами русской литературы в разных британских университетах.

Конечно, нельзя обобщать. Были среди нашей немногочисленной русской эмиграции и те, кто растворился в английском обществе, считая, что Россия их родителей ушла безвозвратно и что нужно начинать совершенно новую жизнь, с новым языком и новой западной культурой. Но для второго поколения эмиграции это было исключением. Однако нашего убеждения в том, что наше призвание оставаться русскими, уже нельзя было требовать от последующих поколений. Смешанные браки неизменно усугубляли осознание не русскости, а принадлежности к местной национальной культуре и гражданству. Это уже были западноевропейцы, север- и южноамериканцы, но с русскими корнями. Старая русская эмиграция продолжала жить богатой культурной жизнью вплоть до начала Второй мировой войны. Завершение издания великолепного парижского русского толстого журнала «Современные записки» в 1940 году символически отменило конец существования во Франции старой русской эмиграции как органичного национального общественного и культурного явления. Война и оккупация (немцы вошли в Париж в июне 1940г.) превратили физическое выживание в основную заботу каждого человека. Русские эмигранты потеряли определяющую их самобытность. После начала войны в России в июне 1941 года эмигранты раскололись на две группы: считавших, что немецкое вторжение может помочь свергнуть ненавистный большевизм — они записывались в немецкие трудовые батальоны, часто погибая на непосильных работах, и на тех, кто считал, что необходимо поддержать Советский Союз в борьбе с фашистами: ведь страдали и гибли свои, русские люди.

Особенности русской эмиграции в военные и первые послевоенные годы проявлялись в личности и деятельности отдельных выдающихся людей. Именно для нас, второго поколения старой эмиграции, ещё ощущающих себя полностью русскими, встречи с подвижниками русской культуры имели особое значение.»

***

В своей книге мемуаров «Встречи. Замечательные русские люди в России и эмиграции», Ирина Арсеньевна Кириллова постаралась запечатлеть воспоминания об уникальных исторических встречах с выдающимися людьми, хранителями русской культуры по обе стороны рубежа, столь многих лет их разделяющего… В основу повествования легли воспоминания автора о встречах с представителями русской творческой интеллигенции старой эмиграции и России. Книга  адресована широкому кругу читателей, а также филологам, культурологам, историкам, социологам и всем, кому небезразлична судьба русской эмиграции. 

Книгу можно приобрести на сайте www.knigamir.com независимо от того в какую часть света или уголок мира забросила вас судьба. В свою очередь команда журнала «Я эмигрантка», благодарит всех кто помог осуществить данную встречу с Ириной Арсеньевной по случаю презентации её книги воспоминаний «Встречи старого эмигранта с замечательными русскими людьми!».

Из послесловия к книге:

«…Хочется надеяться, что мои «Встречи» будут интересны не только тем в России, кто знал эти годы и этих людей, но и молодым, возмужавшим в современной, постсоветской России, людям совсем другой эпохи, открытым новым идеям и веяниям, которые являются залогом будущего России. Они познают Запад совсем по-иному, чем мы, в старой эмиграции, но как и мы, они должны это восприятие этот опыт объединить с родной культурой и признанием её величия и значения. Мне всегда интересно встречаться с русской молодёжью, обучающейся в британских университетах. Мне радостно, что мы понимаем друг друга, что несмотря на разницу в возрасте, у нас те же ценности, то же восприятие духовного, верующий ли человек или нет. Для меня, человека старой эмиграции и старой культуры, это великая радость. И очень хочется думать, что моя книга о встречах со столь многими, поистине замечательными людьми остаётся своевременной и будет свидетелем «связи времён».

В тексте использованы отрывки из книги И.А Кирилловой «Встречи. Замечательные русские люди в России и в эмиграции».

3 КОММЕНТАРИИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here